Я [презираю] аристо - Рик Рентон

— Он прав! Нечего его жалеть! Нельзя жалеть воров!!!

И я тут же почувствовал острую необходимость напрячь мышцы груди и бицепсы — словно под ними зачесались кости. И унять этот зуд можно было только резким движением.

— С тобой всё в порядке? — Опричник нахмурился, когда я снова дёрнулся против своей воли.

— С ним всё хорошо… — Голоса шипели всё громче. — С тобой сейчас будет плохо…

И вдруг я обнаружил, что только что сам прошипел эти слова в унисон с хором в собственной голове.

— Что… — Ромул успел вскочить за миг до того, как мои руки попытались вкогтиться в его шею.

Он перехватил мои запястья в пальце от белого воротника. И в тёмный глазах тут же вспыхнули знакомые демонические огоньки.

— Сдохни, вор!!! — Я прошипел одновременно с тем, как с силой боднуть противника лбом в переносицу.

Но тот опять успел уйти от удара, свалившись обратно в кресло. Потянув меня за руки, Ромул ушёл в сторону. И обратным движением вывернул мои запястья так, что они чуть хрустнули.

— Х-э-э-э-!!! — Шипение из моего рта сопроводило отчаянный пинок коленом в живот опричника. Но тот успел подставить под удар локти и ещё сильнее заломил мне руки.

— Сопротивляйся, Гор!!! — Ромул заорал мне прямо в ухо, оказавшееся рядом с его лицом. — Борись!!!

— Зачем… — Я тоже хотел орать от боли, но вместо этого продолжал шипеть не своим голосом. — Зачем мешать неизбежному…

И, оттолкнувшись ногой от подлокотника, вдруг сам не понял как именно, но оказался по другую сторону от кресла и от противника. И пока он растерянно оборачивался, я двинул его локтем в затылок.

Рухнув на чайный столик между диваном и креслом, опричник тут же откатился по нему в сторону. И удар моей ноги лишь проломил в дыру в лакированной поверхности.

Обратно получилось вылезти не сразу — нога застряла. И пока противник принимал вертикальное положение, пришлось потратить драгоценные секунды на то, чтобы разорвать столешницу руками.

— Забери у него то, что принадлежит нам! — Я прохрипел, отбрасывая обломки в стороны. — То, что твоё по праву!!!

— Нет, Гор! — Опричник отступил и покачал головой, неотрывно глядя на меня своими пламенеющими зрачками. — Ты сильнее этих тварей! Сопротивляйся!

— Забери! — Продолжая хрипеть, я поднял перед собой руки. Правая выглядела как обычно. А левая будто бы превратилась в кусок раскалённого металла. — Утоли свою ненависть! Задуши этого червя!!!

— Борись… Тим! — Впервые за наш разговор Ромул назвал меня настоящим именем. — Твоя воля сильнее!

Воля… Что ты знаешь о воле, пёс… Вся твоя жизнь — лишь подчинение чужим приказам…

— Да-а-а-а…

Но и я не собираюсь следовать чьей-то указке!

— Не-е-е-ет…

Вот так вы хотите мне помочь? Сделать меня своей игрушкой? Куклой с чужой рукой в заднице? Чем вы тогда отличаетесь от этого огнеглазого служаки?

Ну уж нет…

Кости снова невыносимо зачесались изнутри. Я должен сделать движение, чтобы унять этот противный зуд, до которого не достать руками — хоть сдери себе шкуру…

— Вот, что такое настоящая жажда… И ты знаешь, как её утолить…

Ромул отступил ещё на шаг, наблюдая за тем, как я дёрнулся. И продолжил наблюдать широко открытыми глазами, как я схватился раскалённой ладонью за воротник.

Зуд… Какой же невыносимый зуд… И чтобы его унять — нужно лишь пошевелиться. Сделать движение в правильную сторону. И вырвать чужое сердце…

Раскалённая рука дёрнулась — метя в сторону противника. Но я лишь сильнее сжал огненный кулак, чувствуя, как тот прожигает меня насквозь…

— Упрямец…

Ещё одни судороги. Ещё… Сильнее сжимаю кулак и не пускаю руку к горлу противника… Ведь это не моё желание…

— Ладно… Мы подождём… Мы найдём другой выход…

И зуд тут же пропал.

Разжав кулак, я обнаружил, что левая рука снова выглядит так же, как правая. И хотя кожа на груди была нетронута, в рабочем комбинезоне осталась неровная чёрная дыра с оплавленой по краям синтетикой.

И ещё через миг я почувствовал острую боль в растянутых сухожилиях на запястьях:

— Ух, ё… — Опустившись на диван, я скорчился от боли. И теперь не мог пошевелить ни одним пальцем.

— Судари? — Из двери под лестницей вдруг просунулся знакомый дворецкий. — Я могу предложить вам свою помощь?

— Нет… — Отмахнулся от него Ромул, шагнув ближе ко мне. Но тут же всё-таки коротко оглянулся. — Хотя… Вызовите медика!

— Слушаюсь… — Халдей мгновенно исчез обратно за дверью.

— Как видишь, Тим, твой дар может легко стать твоим проклятьем. — Видимо, убедившись в том, что я не собираюсь снова его душить или вырывать сердце, опричник устало опустился обратно в кресло. — Тебе нужно научиться лучше контролировать то… Тех… — Ромул на секунду запнулся. И огоньки в его глазах быстро погасли. — Тебе нужно лучше контролировать свои эмоции. И это одно из тех необходимых качеств, которые я пока в тебе не наблюдаю…

Я много чего хотел высказать ему в ответ. Но сейчас ещё больше я желал найти такое положение рук, при котором не хотелось лезть на стенку от боли… Надеюсь, Ульяна умеет такое лечить… И этот халдей вызовет её прямо сейчас…

Опричник вновь поймал мой взгляд. И покачал головой, видимо, оценив гримасу боли на моём лице:

— Поэтому пока что я запретил Ректору выдавать тебе новые порталы взамен утраченных. И твоей зубастой подружке, на всякий случай, тоже…

Глава 18

Домашний арест

В дверь стукнули два раза. Но не успел я ответить, как она тут же распахнулась, пропуская внутрь лохматую сероволосую голову:

— Ну и чего вы тут? Голые сидите⁈ — Улыбаясь до ушей, Таисья быстренько осмотрела моё жилище. И, вытянув шею, напоследок заглянула ещё и в санузел. — Ты один, что ли?

— Угу. Заходи.

Юркнув внутрь, девчонка тут же запрыгнула на кровать с ногами — приземлившись на неё так резко, что меня чуть не подкинуло матрасом до потолка.

— И долго тебе теперь взаперти сидеть? — Задавая вопрос, юная княгиня с любопытством осматривала стены и потолок комнаты, чуть покачиваясь на пружинах. И, не дожидаясь ответа, начала комментировать увиденное. — Скучновато тут